• Автор:
    Дмитрий Шестаков, управляющий партнер юридической группы «Юракадемия: Кутафин и партнеры»

Первый вопрос, который я, предваряя дискуссионную площадку по регулированию юридической профессии, предлагаю обсудить: что такое квалифицированная юридическая помощь?

На сегодняшний день однозначного понятия нет, несмотря на гарантированность этой самой помощи конституцией. Что гарантирует конституция: качественную помощь, оказываемую гражданам, либо помощь, которую оказывают профессиональные субъекты оказания этой помощи? Этот вопрос до сих пор не решен и требует обсуждения. Здесь есть некий водораздел, по которому мы сможем идти дальше, понимая все-таки, кто может оказывать эту помощь – только ли адвокаты, юридические консультанты или как сейчас – все кто угодно? Потому что при разной трактовке этого вопроса мы получаем разные ответы.

Второй вопрос заключается в следующем: юридическая помощь и юридические услуги – это одно и то же или нет? Если мы ставим знак равенства между этими понятиями, тогда у нас получается один концептуальный подход к урегулированию этого вопроса, в том числе и в законодательном плане. Или же мы можем сказать, что это разные вещи? Например, в рамках представлений налоговой инспекции получается: если мы заключаем соглашение об оказании юридической помощи, то это соглашение адвокатское, оно не попадает под обложение НДС; если же мы заключаем договор об оказании юридических услуг, то ни о какой помощи речи быть не может, даже если договор об оказании юридических услуг заключат адвокаты – это трактуется как неправильные действия и подлежит налогообложению. И это второй водораздел, на который нужно обязательно обратить внимание: либо мы говорим, что это идентичные понятия, либо мы говорим, что это совершенно разные вещи, и тогда субъекты оказания правовой помощи и юридических услуг тоже должны быть различны.

Самый же главный вопрос, который напрямую касается нашей сегодняшней конференции: есть ли вообще у нас бизнес-адвокатура как таковая? Я позволю себе сказать, что если мы рассматриваем адвокатуру как общественный институт, то да, мы можем считать, что у нас есть такой общественный институт как адвокатура, которая оказывает услуги бизнес-сообществу, и его мы можем называть бизнес-адвокатурой. Но если мы рассматриваем адвокатуру как организационную структуру, то, на мой взгляд, никакой бизнес-адвокатуры у нас на сегодняшний день не существует по определению. Потому что закон об адвокатах и адвокатской деятельности в Российской Федерации регулирует только адвокатуру как организационную структуру, которая занимается оказанием юридической помощи по уголовным делам, и не надо никаких других иллюзий для себя строить.

Если же мы хотим, чтобы законодательно была урегулирована и часть, связанная с бизнес-адвокатурой, то надо этим заниматься. И я утверждаю, что в той структуре адвокатуры – в том числе в управлении, которое существует на сегодняшний день в адвокатском сообществе – без прихода бизнес-адвокатов мы этого не сделаем никогда. Почему, например, концептуально тот закон об оказании квалифицированной юридической помощи, который обсуждался, предполагал переход всех юристов в адвокатуру, хотя мы понимаем совершенно отчетливо, что в имеющемся законодательстве нет формы, которая позволяет вести адвокатский бизнес? И это самая большая проблема, по которой бизнес-адвокаты не хотят идти в так называемое регулирование закона об адвокатуре – в нем просто нет формы, которая позволяла бы им вести свой бизнес. Но после того как к 60 тысячам сегодняшних адвокатов, которые в основном занимаются уголовным процессом, прибавятся 300 тысяч юристов, которые на сегодняшний день занимаются обслуживанием бизнеса, я думаю, у этих юристов появятся другие интересы и желание участвовать в изменении законодательства, в том числе и об адвокатуре – для того, чтобы учесть возможность заниматься бизнесом.

Поэтому мое предложение таково: необходимо соединить усилия, сделать программу по поддержке российского юридического бизнеса, прописать законодательную, организационную части, в том числе включить в нее все те предложения, которые были высказаны на этой конференции. Кто будет реализовывать эту программу, где она будет реализована: на базе Федеральной палаты адвокатов, объединенной комиссии по оказанию квалифицированной помощи и т. д. – это неважно. Если будет такая программа – в ней всем найдется место.